Это дело должно было стать самым простым, хотя и самым скучным за всю карьеру "господина адвоката". Что может быть проще, и скучнее, чем доказать честность невинно осужденного человека, который умер несколько лет назад? Это дело должно было стать простым. . . но не стало. Оно оказалось сложным, запутанным. Немыслимо сложным и запутанным. И чем дальше продвигался "господин адвокат" к истине, тем яснее становилось его ощущение, что истина эта может оказаться невероятнее самой дикой лжи. . .