Молитва — не обряд. Это внутреннее усилие, требующее языка, точного настолько, чтобы ни одно слово не стало преградой между человеком и смыслом. Этот молитвенник — первый русско-ивритский сидур прогрессивного иудаизма — появился в переломный момент: когда миллионы евреев постсоветского пространства впервые получили возможность вернуться к традиции, не притворяясь, что верят в то, во что не верят. «Труд души» — прямой ответ на вопрос, который прогрессивный иудаизм ставит со времен своего возникновения в XIX веке: как сохранить живое существо традиции, не превратив ее в затверженный ритуал. Здесь нет компромисса между древностью и современностью — есть честное соединение.